Есть нечто провидческое, но вполне закономерное в том, что почти совпали по срокам славные юбилеи: 80-летие Великой Победы и 115-я годовщина со дня рождения великого советского поэта Александра Трифоновича Твардовского. Всякий раз накануне круглой даты моего любимого поэта перечитываю его стихи и поэмы: гармоничное многоголосье «Страны Муравии», высокий драматизм «Дома у дороги», «За далью даль», «По праву памяти», воплощение народного характера, не сломленного войной в «Родине и чужбине»… Но в первую очередь бессмертную поэму «Василий Теркин». «Книга про бойца» – уникальное произведение русской поэзии. Какой же неиссякаемый заряд мужества был дан воинам Красной Армии через образ главного героя Василия Тёркина! Недаром, Иван Бунин был восхищён этой поэмой. А Константин Симонов с восторгом отметил, что «Василий Тёркин» – самое лучшее из всего, что написано о войне.
«Вдоль развороченных дорог и разорённых сёл…»
В качестве корреспондента «Красноармейской правды» Александр Твардовский принимал участие в освобождении Беларуси от фашистских захватчиков, был на самых горячих участках фронта, в направлении главных ударов 39-й армии. С первыми воинами-освободителями он вошёл и в Лиозно. Днем 26 июня 1944 года – в разрушенный и ещё дымящийся Витебск. Об этом свидетельствует хорошо знакомый многим снимок «В освобождённом Витебске». А ранним утром 3 июля уже был с передовыми танковыми частями в столице Белоруссии – героическом Минске.
Жуткие картины воспроизведены Твардовским на пути от Лиозно к Витебску:
«Воронка в воронку, издолблена и исковеркана эта земля, вдоль и поперёк изрыта, изрезана траншеями, захламлена ржавым, горелым и ломаным железом». А главное – люди, в основном пожилые женщины и дети 5-7 лет, бедно одетые, непонятно во что обутые, на головах у детей у кого пилотка, у кого старая шапка, у кого армейская фуражка, но с радостью и со слезами, встречающие советских воинов-освободителей.
«Я здесь побывал…»
Из всей обширной географии мест пребывания Твардовского я, опираясь на авторитетные источники воспоминаний людей, хорошо знавших и слушавших поэта, предлагаю уважаемым читателям несколько мест нашей Лиозненщины.
- Редакция дивизионной газеты «За Победу»
За многие годы поисковой работы мне посчастливилось встречаться и беседовать с бывшими командирами воинских соединений, работниками политотделов, простыми фронтовиками армейских частей. Нашла в своих записках и «Воспоминания Владимира Викентьевича Нагача, политрука 158-й стрелковой дивизии».
«После освобождения Лиозно наша редакция дивизионной газеты «За Победу» и типография располагались в одном из сохранившихся домиков на Слободке. Небольшая печатная машинка «Американка» с ручным приводом, несколько касс со шрифтом, которых еле хватало на номер. Сотрудники всегда были загружены до предела. Помимо газеты выпускались листовки, плакаты, памятки. И всё это приходилось делать в тесной хате, во вторую половину которой привозили раненых, оказывали им первую помощь, затем эвакуировали в тыловые госпитали. И вот однажды к нам заехал Твардовский с двумя сослуживцами и предложил кого-либо из нас подвезти на передовую. Зная моё пристрастие к его поэзии, сотрудники редакции указали на меня. С некоторыми нашими работниками Александр Трифонович был знаком ещё по Москве. Мне же не приходилось раньше так близко с ним общаться, а потому я с радостью согласился. Сначала испытывал робость, и не только потому, что он был выше меня по званию – подполковник, а главное – всем известный гениальный поэт».
- На командном пункте возле Стасево
Член Военного Совета 39-й армии Герой Советского Союза В.Р. Бойко так рассказывает в своих записках об одной из встреч на фронте с А.Т. Твардовским.
В мае 1944 года поэт заехал на КП армии, который находился между Стасево и Клевцами, как он объяснил, официально представиться. В разговоре с ним Василий Романович упомянул, что со стихами о Василии Тёркине познакомился ещё зимой 1940 года, во время финской зимней кампании. «Помню, – пишет В.Р. Бойко, – Твардовский улыбнулся и сказал: «Очень рад, товарищ генерал, что стихи запомнились, а что касается Васи Тёркина, то образ этот мы писали коллективно с другими поэтами, работавшими тогда в газете «На страже Родины» Ленинградского военного округа. Мой нынешний Василий Тёркин – боец другого склада. Он закалён и умудрён опытом иной, более тяжкой войны».
После КП Твардовский поспешил к гвардейцам 5-го корпуса, читая там отрывки из «Василия Тёркина», просил высказывать свои замечания.
- Встреча в Пронском
«Уважаемая руководитель музея Народной славы средней школы №1 г.п. Лиозно! Пишет Вам из далёкой Бурятии участник освобождения вашего района, старший лейтенант Константин Платонович Нечаев. Взяться за перо меня побудила Ваша заметка в газете «Труд», случайно попавшая мне в руки, в которой написано: «Отзовитесь, уважаемые фронтовики, кто общался или слушал Александра Твардовского на Витебщине». И я вспомнил незабываемый эпизод моей встречи с этим замечательным поэтом. В ноябре 1943 года я был ранен и некоторое время находился в полевом госпитале, размещавшемся в уцелевших хатах деревни Пронское. И в это время к нам заехал мимоходом Твардовский. В нашей хате лежало несколько человек раненых. Помню, он начал читать свои стихи. И, конечно, давно полюбившуюся нам поэму «Василий Тёркин». Особенно врезались в память главы «Переправа» и «О награде». Я их выучил наизусть, и теперь при удобном случае читаю их друзьям и молодёжи. Помню, как всем раненым, и медикам, и жителям (тогда набилась полная хата народу) очень понравились эти стихи, потому что они шли от чистого сердца Александра Трифоновича. Чувствовалось, что он прошёл сам фронтовыми дорогами через горнило Отечественной войны. Сам всё испытал и изведал. Читал он проникновенно, с чувством, и в то же время просто, без пафоса и выкриков. Спокойно, немного глуховато, но твердо. Когда же читал строки: «И увиделось впервые, Не забудется оно: Люди тёплые, живые Шли на дно, на дно, на дно…», у многих появились слёзы на глазах, а женщины просто рыдали. У большинства из них мужья, сыновья, братья погибли, пропали без вести или ещё воевали».
- Возле Смородино
На одной из встреч с ребятами нашей школы бывший командир взвода 277-го стрелкового полка 91-й стрелковой дивизии Анатолий Васильевич Гаврилов рассказывал:
«Во время войны, а это было именно на Лиозненщине – в 1943-м, в декабре, и мае-июне 1944-го, мне посчастливилось видеть и слышать троих выдающихся людей: Николая Эрастовича Берзарина, который командовал нашей 39-й армией до Ивана Ильича Людникова, командующего фронтом Ивана Даниловича Черняховского и поэта Александра Твардовского. К этому времени практически все знали наизусть какие-либо строки из «Василия Тёркина». И вот этот дух народа-воина, стойкий характер русского солдата, ведущего «бой святой и правый ради жизни на земле», замечательно был раскрыт в любимом всеми Васе Тёркине. Казалось, он всюду был с нами: и в холодном окопе, и увязал в снегу по фронтовым дорогам с матушкой-пехотой, и мерз и мок в белорусских болотах, веселя солдат на привале и у походной кухни, сметливо строил переправы, а самое главное – зло и яростно бил немцев, изгоняя их с любимой матушки-земли. Газету «Красноармейская правда» передавали друг другу, зачитывая до дыр.
Мы тогда стояли на доформировании в мае 1944 года недалеко от деревни Смородино. Твардовский читал нам стихи, отвечал со знанием дела на все вопросы, чем-то интересовался сам. Это была задушевная доверительная встреча, как бы с другом-однополчанином, с которым прошагал сотни километров и провоевал всё время войны. От всего его облика исходил лучистый свет, проникающий и в нас, в его речах звучала непоколебимая вера в победу, убеждающая и нас. В каждом его слове, в каждом стихе была сущая правда. Его труд был нашим трудом».
- В редакции «Ленінскага сцяга»
12 сентября 2000 года (тоже к юбилею поэта) вышла в «Сцяг Перамогі» замечательная статья первого главного редактора сразу после освобождения Лиозно местной газеты «Ленінскі сцяг» Сергея Алексеевича Свиридова «Всё в сердце и в памяти». В ней автор описал удивительную встречу с Александром Твардовским. Предлагаю читателям небольшой отрывок.
«Как-то в зимний морозный день неожиданно отворились двери редакции и вместе с клубами холодного воздуха в помещение вошли двое военных. Один из них подошёл ко мне и со словами: «Приветствую, дорогой Сергей Свиридов» заключил меня в объятия. Я узнал, его сразу: это был однокашник по институту журналистики Яша Герцович, теперь майор.
– А это – Александр Твардовский, известный поэт, познакомься.
Твардовский, высокий, широкоплечий, стройный подполковник, крепко пожал мою руку. И, улыбаясь, пояснил: «К тому же, ваш земляк. От Лиозно до моих Починок, можно сказать, рукой подать. Напрямую, пожалуй, вёрст пятьдесят. Да и отец мой с Могилёвщины». Герцович (впоследствии литературный критик) объяснил:
– Вот нашли номер твоей газеты, почитали с интересом и решили заглянуть, погреться по пути на передовую линию. За материалом для фронтовой газеты «Во славу Родины».
– Да, – сказал гость, – сейчас всем несладко. Вот прошли по Лиозно и увидели, как испепелили фашисты посёлок. Точно так, как сожгли города и сёла Смоленщины. На днях побывал в своей родной деревне Загорье и ужаснулся: вся в пепле и головешках, в том числе и родительский дом. Даже берёзу возле дома снарядом скосило. Увидев её, не мог сдержать слёзы.
Верно, потом я увидел знаменитый снимок Аркашова, который запечатлел Твардовского на родном пепелище. Стемнело, и я предложил гостям переночевать в редакции. Они сразу согласились. Уступил им свою койку. Они отказались, разостлали одну шинель, другой накрылись, подложили под головы сумки. Утром техничка Егоровна (она жила в передней дома с сынишкой, муж – на фронте) напекла драников, завтрак был по тем временам царским. Поблагодарив за гостеприимство, Твардовский на прощанье пригласил меня к себе в гости в Москву. К сожалению, за долгие послевоенные годы я не смог воспользоваться этим приглашением. А когда собрался, с болью в сердце узнал о его смерти».
А скончался наш великий поэт 18 декабря 1971 года. Всего-то 61 год и прожил.
О самом главном
Чем больше читаешь Твардовского, тем больше убеждаешься, что всё его творчество есть большая, душевная, доверительная, родная по духу и форме исповедь – о том, чем же дорога нам наша трудная, но втайне благословляемая судьба. И сейчас я мечтаю об одном, чтобы в Лиозно, где 82 года назад Александр Твардовский читал свои стихи и поэмы – в полевом госпитале в Пронском, детском доме в Черницах, на командных пунктах, в редакциях фронтовой и местной газет – была улица имени Александра Твардовского. Он это с полным правом давно заслужил.
Нина Тихомирова, почётный руководитель Народного музея Народной славы средней школы имени Марии Октябрьской.
