Третья декада октября в мировой литературе прошла под знаком 150-летия со дня рождения великого русского писателя и поэта, лауреата Нобелевской премии И.А. Бунина.
Родился он в Воронеже 22 октября 1970 года, а через четыре года семья переехала в своё уже начавшее разоряться поместье Бутырки Елецкого уезда Орловской губернии. Начальное образование получил дома под наставничеством отлично образованного бывшего студента Московского университета Н.О. Ромашкова. Под его влиянием воспитанник пристрастился к чтению книг и к занятиям живописью и музыкой. С осени 1881 года был зачислен в Елецкую гимназию, но через 5 лет был отчислен за неявку с каникул и неуплату за обучение. Завершал его образование старший брат Юлий. В доме знали и любили сочинения своего родственника Жуковского, Пушкина, Лермонтова, Толстого, Фета, Майкова.
Стихи начал писать с 7-8 лет, а в 17 они были впервые напечатаны. В Москве познакомился с Л.Н. Толстым, А. П. Чеховым, М. Горьким, которые рассмотрели в Бунине истинный талант. За стихотворный сборник «Листопад» в 1903 году Академия наук наградила его Пушкинской премией, а в 1909-м избрала своим почётным членом. К творчеству декадентов относился резко отрицательно. Привлекали Бунина «вечные» темы любви и смерти: «Лёгкое дыхание», «Грамматика любви», «Господин из Сан-Франциско», построенный на резкой антитезе и желании вразумить богатых и знатных, что их ждёт та же участь, что и самых бедных и безвестных: гроб и два метра земли.
Предчувствие того, что ждёт Россию впереди, уже давно мучило и волновало Бунина. Предреволюционная смута убедила молодого писателя, что поэзия, литературный труд сейчас единственно надёжное убежище. В эти годы значительное место в его творчестве занимает духовная лирика. Это проникновенные стихи «Ангел», «Надпись на могильной плите», «Сын человеческий», «Новый храм», «Плакала ночью вдова», «Белый цвет», «Святитель», «Псалтирь». Они и ещё три стиха времён эмиграции «Возьмёт Господь у вас», «Вход в Иерусалим» и «В Гефсиманском саду» вошли в «Антологию русской духовной поэзии», составленную известным белорусским учёным с мировым именем И.А. Чаротой.
Февральский и октябрьский перевороты Бунин не принял решительно и категорически, отвергая как «кровавое безумие» и «повальное сумасшествие» всякую насильственную попытку перестроить человеческое общество. После кратковременного сотрудничества в московских и одесских газетах он с семьёй покидает Россию и 26 января 1920 года отплывает в Константинополь. Он мучительно переживал трагедию расставания с родиной. В марте Бунины прибыли в Париж, и с этих пор вся жизнь писателя связана с Францией, где суждено было прожить до конца дней своих – 33 года, не считая кратковременных поездок в Англию, Италию, Германию, Швецию, Эстонию по издательским и творческим делам.
Стихов в 20-40-е годы написано им мало, но среди них есть замечательные шедевры мировой лирики:
У птицы есть гнездо,
у зверя есть нора.
Как горько было
сердцу молодому,
Когда я уходил с отцовского
двора,
Сказать прости родному
дому!
У зверя есть нора, у птицы
есть гнездо.
Как бьётся сердце, горестно
и громко,
Когда вхожу, крестясь, в чужой
наёмный дом
С своей уж ветхою котомкой.
Эти стихи явились криком души всех эмигрантов, вольно или невольно покинувших свою родину.
Долгое время Бунин пребывал в глубокой депрессии, говорил, что хуже жизни ещё никогда не было. Свои жалобы доверял дневнику. Вспоминал детство и молодость, которые считал «потерянным раем». Спасением от тоски явилась природа и творчество.
Бунин в своих рассказах, как и Чехов, приковывает наше внимание не к занимательности сюжета, а к тому, мимо чего мы много раз проходили, не остановившись и не удивившись, и так не отметили бы для себя никогда без его, художника, подсказки. Такой же подход заключен в его сокровенных стихах, которые после прочтения глубоко и навсегда остаются в нашем сердце.
В эмиграции у Бунина вышло десять книг, в том числе «Митина любовь» и «Тёмные аллеи». В 1927-1933 г.г. он работал над своим самым крупным произведением «Жизнь Арсеньева». Это своеобразная художественная автобиография, именно за неё ему была присуждена Нобелевская премия. В официальном решении было написано: «…за правдивый артистичный талант, с которым он воссоздал в художественной прозе типичный русский характер». Комиссия учла также его изумительный перевод с английского, самого значительного труда Генри Лонгфелло «Песнь о Гайавате», написанного им на основе индейского эпоса. Бунин в образе Гайаваты заострил черты индейца – смелость, неподкупность, силу духа, верность в любви. Такой характер развивается на тесном слиянии человека с природой.
Подобно «Песне о Гайавате» Бунин начинает «Жизнь Арсеньева» с восприятия ребёнком окружающих картин природы. Мастерство писателя ярко проявилось не только в её изображении, а также всестороннего быта пореформенной России, но особенно – человека, то есть в умении писателя проникать в самые сокровенные глубины человеческой души. Что было свойственно самым выдающимся художникам слова Пушкину, Толстому, Чехову.
«В моей собственной работе я многим обязан И.А. Бунину, который был одним из самых сильных увлечений моей юности, – говорил Александр Твародовский. – Бунина он читал в его дореволюционном собрании сочинений. Важнейшим источником поэтического дара Ивана Алексеевича, по Твардовскому, явилось то, что у него имелась «родная полоса», Орловская земля, давшая ему в детстве и юности «золотой запас впечатлений». Отмечает Твардовский и присущее Бунину постоянное стремление найти в мире «сочетание прекрасного и вечного».
Бунин и Твардовский близки в области работы над языком. Оба писателя выступали за сохранение таких его качеств, как глубина, серьёзность, простота, благородство, прямота. Известно, что и Бунин, весьма сдержанный на похвалу, высоко оценил Твардовского. Друг Бунина, литератор Н.Д. Телешов, опубликовал его письмо из Парижа от 10.09.1947 г. о поэме «Василий Тёркин»: «Я только что прочитал книгу Твардовского («Василий Тёркин») и не могу удержаться – прошу тебя. Если ты знаком и встретишься с ним, передай ему при случае, что я (читатель, как ты знаешь, придирчивый, требовательный) совершенно восхищён его талантом, – это поистине редкая книга; какая свобода, какая чудесная удаль, какая меткость, точность во всём, и какой необыкновенно народный, солдатский язык – ни сучка, ни задоринки, ни одного фальшивого, готового, то есть литературно-пошлого слова!».
Нина ТИХОМИРОВА.
